Лествица к Сергию (часть третья)


К 700-летию со дня рождения преподобного Сергия Радонежского.

 

«Из всех слав, возданных Сергию Радонежскому

 при жизни и по смерти, первая –

 собиратель русских душ». 

Валентин Распутин.

 

За 100 лет, начиная с 1340 года на Руси возникло до 150 новых монастырей по примеру и образцу Свято-Троицкого, воцарившегося на холме Маковец. Основателями большинства из них были ученики, друзья и собеседники преподобного Сергия или ученики учеников игумена. Проникая в самые отдалённые уголки России, новые монастыри служили русскому народу и примером иноческих подвигов, и приходскими церквями, так, где до сих пор таковых просто не было, и приютом в старости, и, если хотите, своеобразной ссудной кассой. Монастыри раздвигали границы удельных княжеств, способствовали сохранению русских духовных традиций и возрождению русской культуры, формированию единого Русского государства.

Этому, кстати отвечала и миротворческая деятельность Сергия Радонежского. Походы, совершённые им по просьбе московского князя Димитрия Ивановича в центры враждующих с Москвой удельных княжеств, предотвратили многие междоусобицы, спасли жизни тысяч людей, сохранили от разорения города и сёла, готовя духовную основу объединения русских земель в одно государство.

Преподобный Сергий имел редкостный дар – в тихой мудрой беседе он мог примирить самых строптивых забияк и спорщиков. Но мог проявить и решимость. Однажды, когда, обойдя всю центральную Русь, заручаясь поддержкой удельных князей на битву своего духовного сына – великого московского князя Димитрия Донского с ненавистными завоевателями, он узнал, что Нижегородский князь отказался участвовать в сражении. И тогда в гневе Сергий приказал закрыть в Нижнем Новгороде все церкви. Утром горожане, придя помолиться, узнав, что все храмы закрыты и что виновником этого является их князь, с негодованием всем миром направились к княжеским хоромам. Испугавшись народного возмущения, князь уступил настоянию Сергия.

Не по прихоти своей, не ради земной славы ступил преподобный на дипломатическую стезю. Против захвативших русские земли грабителей-иноземцев даже Великому Князю Московскому в одиночку выступать с оружием в руках тогда было бесполезно. Да и некому. Дружины русских князей большей частью были разгромлены, а лучшие воины были либо убиты, либо уведены в рабство. Но Сергий прозревал внутренним взором: придёт время, и иноземное иго будет свергнуто. А для этого нужно копить силы. Нужно объединить разобщённые, самостийные остатки русских племён в единую нацию. И лишь тогда, сообща, нанести противнику сокрушающий удар. Но для этого мало одних воззваний и взываний к совести князей и бояр. Одним «Майданом» в те времена отделаться было невозможно. И Сергий, подобно Господину и Богу своему, лично идёт по Руси, чтобы достучаться до сердец каждого. Вот некоторые вехи его миротворчества:

Сергий стал крестным отцом для сыновей Димитрия Донского Юрия и Петра, для сына князя Владимира Серпуховского Иоанна. Крестил также Болгарского «державца» Воейко, ставшего после крещения Прокопием Воейковым и способствовавшего утверждению в Болгарии свободного от ересей Православия. Ещё в малолетство московского князя Сергий совершил переход в Ростов Великий, где уговорил Ростовского князя Константина признать над собой власть Великого Князя. Несколько лет спустя князь Константин выхлопотал себе в Орде грамоту на «самостийное» княжение, и тогда Сергий вновь отправился к нему, увещевать заблудшего. О посольстве в Нижний Новгород мы уже упоминали. А сколько сил физических и духовных потратил Сергий на примирение с Московским князем князя Тверского Михаила Александровича. И особенно князя Рязанского Олега. Хитрый и вероломный Олег многократно нарушал мирные договоры, вступая в сговор то с литовским Ольгердом, то с Тверским Михаилом, то с Мамаем, то с Тохтамышем. Поздней осенью 1385 года Сергий по обыкновению своему пешком отправился в Рязань. Олег много слышал о преподобном и побаивался его гнева. Есть версия, что рязанский князь потому не принял участие в Куликовской битве на стороне Мамая, что знал о благословении Сергием Московского объединённого войска. Смиренная, кроткая речь преподобного Сергия при личной встрече так подействовала на Олега, что он, рыдая, обещал ему вечный мир и любовь с Великим Князем.

 Так не сразу, постепенно, закаляясь в усобицах и в кровопролитных битвах, стала собираться и крепнуть единая Русская Держава. Удельные князья свыклись с мыслью о подчинении своей власти Московскому Великому Князю, а в народе крепло сознание необходимости сплотиться воедино, чтобы общими усилиями сбросить с себя ненавистное монгольское иго. Труден и кровав был подвиг объединения, но иного пути у русского народа не было и не могло быть. Народ простодушно, доверился игумену Троицкого монастыря, и Сергий таким образом становился не просто настоятелем маленькой, но знаменитой обители, для многих поколений, вплоть до сегодняшних дней стал преподобный Игуменом всея Руси. Игуменом Земли Русской. Но впереди ждало Русь ещё одно важнейшее испытание. Впереди была огненная печь, способная сделать из кусков природного камня стальной, всесокрушающий меч. Русской нации надлежало родиться  на просторах Куликова Поля.

 

Чаша ты моя горькая –

Доля ты моя русская.

Ветер кочевой зорькою

Кудри убелил русые.

 

Долго запрягал молодец.

Долго меч ковал, палицу –

В горнице живет половец.

В бане печенег парится.

 

Не зови меня, матушка,

Суховей согнул деревце.

Стала мне женой-ладушкой

Пришлая стрела-девица.

 

Странная моя долюшка,

Птица ты моя белая.

Допьяна хлебнув горюшка,

Огражу крестом тело я.

 

Лягу на холме выжженном,

Где текут ручьи быстрые.

И закат крыла рыжие

Молча надо мной выстелит.

 

Но гудит стрела Вожею.

Зреет на Дону конница.

Славу Русь поет Божию,

Да глядит в века звонница.

 

Но об этом мы расскажем в наших следующих выпусках.

 

Олег Селедцов – член Союза писателей России.




-->