Беседа 1. Почему секта это плохо?


Что такое православная миссия? Это несение Слова Божия людям, которые еще не слышали православного свидетельства, пробуждение в сердце каждого человека веры в Евангелие и желания спасения во Христе, разъяснение значения Таинств Церкви, антисектантская деятельность и противодействие религиозному экстремизму.

Мы начинаем цикл Миссионерских бесед с Руководителем миссионерского отдела Майкопской и Адыгейской епархии Русской Православной Церкви, настоятелем Свято-Покровского храма станицы Ханской  иереем Сергием Ланко.

 

Беседа 1. Почему секта это плохо?

 

- Батюшка, благословите! Сегодня мы начинаем цикл наших миссионерских бесед. И начнём с такого обиходного слова: «секта». На протяжении многих лет, десятилетий и даже веков Православная Церковь возглашает: «Секта – это зло», «Осторожно, секта!» Но в обычной нашей жизни, сталкиваясь с представителями секты, мы видим благообразных старушек, прилично одетых мужчин, раздающих почти глянцевые журналы. Мы приходим в общину и поражаемся порядку, дисциплине. Здесь коллективно изучают Библию, здесь проходят реабилитацию нарко и алкогольно зависимые. Разве это плохо? Почему же секта – это зло?

- Во-первых, не надо бояться этого названия. Секта – означает «отсечённый». А если отсечённый, то от чего отсечённый? Возьмём религиозные секты, причём, секты христианского толка. Просто исторически, культурологически они ближе к нашему народу. Здесь действительно изучают Писание, молятся. Всё, на первый взгляд, замечательно. Такие секты именно религиозные, а слово «религия» - означает «связь». И вот тут-то как раз подобная связь к Богу не ведёт. А почему? Вроде бы Библия одна и та же. И поют красиво. И даже «Аллилуйя» часто повторяют. И друг друга братьями и сёстрами называют. Казалось бы, до Бога один шаг, в отличии от нас, православных. Но дело в том, что сколько бы мы не читали книг и статей про лекарства, сколько бы мы не смотрели телепередач на тему «здоровья», сколько бы мы не посещали экскурсий по фармакологическим заводам, но само это лекарство при этом мы не принимаем, и толку от таких прочтений и экскурсий не будет. Человек так и останется болен. Вы понимаете, про какое лекарство я говорю? Это Святое Причастие. Это Тело и Кровь Христовы. То, что в чаше у них, и в чаше у нас – это огромная, несопоставимая разница. У нас истинные Тело и Кровь Христовы, и, кстати, сектанты сами вынуждены это признать, а у них лишь символы.  То есть важнейшего лекарства от грехов, от немощей, лекарства, которое приводит в жизнь вечную, у них отсутствует. Поэтому сколько бы ни петь, сколько бы ни читать Священное Писание, сколько бы не говорить красивых речей, ближе к спасению не станешь. По слову Спасителя, Кто не ест Тело Мое и не пьет Кровь Мою, не имеет жизни в себе (Ин. 6: 51-53).

- Батюшка, иногда, беседуя с представителями религиозных сект, я слышу такую лжепарадигму: «У нас глава церкви Христос, а у вас, у православных – патриарх».

- Это ложь. Мягко выражаясь, эти люди не компетентны. Глава Церкви у нас Христос, а патриарх – это предстоятель. Священник, непосредственно з свой народ предстоящий Богу. В истории есть подобные примеры. Моисей – очень яркий пример предстоятеля. Он предстоял за весь еврейский народ перед Богом. Бог слушал в первую очередь именно Моисея, и не потому, что кто-то был хуже или лучше, ведь были среди еврейского народа и выдающиеся праведники. Но должен был быть предстоятель, отвечавший перед Богом за этот народ.

Повторяю, Глава нашей Церкви, Православной Церкви – Сам Иисус Христос.

- Хорошо, батюшка, но если секта – это плохо, то почему люди попадают в секту?

- Это очень важный вопрос. Ответив на него, мы получим ответы и на множество других недоразумений в нашей жизни. Тут есть несколько факторов. Первый из них – гордость. Да-да, именно гордость. Человек пришёл в храм. Лет сто собирался, собирался, откладывал, снова откладывал, наконец, собрался. Вот он в церкви, на обычной Божественной литургии. И тут, о ужас, на него кто-то не так, как надо, посмотрел, кто-то сказал не то, что надо.

- Не оценили его великий подвиг прихода в храм.

- Совершенно верно. Он-то думал, что сейчас откроет двери храма, и там в его честь заиграют оркестры, взлетят в небо воздушные шары и искры фейерверков, к ногам его падут цветы, журналисты обласкают его. А тут к нему никто даже не повернулся. Видимо во время службы прихожане смотрели не на новичка, а как положено, на восток, на запад-то православному человеку во время Литургии смотреть не желательно. И на входящих любоваться во время службы не принято. Тут ещё и батюшка какой-то слишком уж молодой, а должен быть седым и мудрым старцем. И борода у него не такая, как надо. И прихожане как-то не так одеты. И старушка-соседка чего-то шипит сердито. И тут просыпается великое МОЁ эго. Как это так? Я, собственной персоной, почтил этот храм посещением. И тут на тебе. Нет уж, хватит. Я сюда больше не пойду. Понимаете, там, где есть Я с большой буквы, там нет места Богу. Нет-нет, у этих православных Я больше не появлюсь, а вот на прошлой неделе сосед Иван Фёдорович приглашал меня на собрание их общины свидетелей тринадцатого дня Адонаи, вот к ним Я пойду. У них там хорошо, празднично. Там все друг другу улыбаются. Он идёт туда. Там действительно улыбки, цветы, оркестры, бомбардировка любовью. Там его встречают объятьями. Его эго торжествует, веселится.

- Да-да. Я прекрасно помню, как в середине восьмидесятых, прогуливаясь в Майкопе мимо одной из нетрадиционных христианских общин, одна милая старушечка сказала мне: «Заходите к нам, у нас здесь весело!»

- Кстати, подобные улыбки имеют очень точное название: «Сделано в Америке». Ещё один фактор вербовки в секту. Часто представители сект сразу не представляются человеку членами секты, мол, мы такие же христиане, как и православные, но знаем о Боге и о спасении гораздо более православных. Вспомните наиболее частые вопросы уличных проповедников-вербовщиков: «Вы хотите изучать Библию?», «Вы хотите иметь жизнь вечную?» Ну, конечно, хотим. Что за вопрос? Или «А чего вы хотели бы получить у Бога?», «А вот смотрите, сколько в мире зла, как можно этому злу противостоять?» Какие умные вопросы, правда? А когда человек мало-мальски подготовленный начинает отвечать, мол, простите, я с вами беседовать не хочу, потому что я православный, вербовщики, подобно известному библейскому персонажу с видом таинственным изрекают нечто такое: «А вы уверены, что Господь говорил именно так, как написано в православном Писании?»

И после этого они открывают свою библию и цитируют тексты, приводящие человека в смущение. Человек и не подозревает, что его вполне могли обмануть, что в руках вербовщика вовсе не Библия синодального перевода, проверенная богословами, временем и самой жизнью, как истинное Священное Писание, а вольный, весьма вольный перевод, подстраивающий Библию под учение данной секты. То есть подложный перевод. Таким текстом, к примеру, пользуется одна весьма распространённая в Майкопе секта «свидетелей». Но человек-то этого не знает, и тут в его сознании всплывает, как несколько лет назад его «обидели» в православном храме. Всё. Пойду ка я к этим, наверное у них и есть истина, которую от меня скрывали злые православные попы, ведь они так красиво говорят и журналы у них замечательные.

И ещё один фактор, к сожалению, очень неприятный и даже плачевный для нас. Люди уходят из храма в секту не от Христа, а от нас. К сожалению, такое тоже случается. Действительно, это мы обижаем людей, это мы, пожалуй, не находим время, чтобы с ними поговорить, ответить на так волнующие их вопросы, это мы не сумели отнестись к ним по-человечески, проявили холодность к пришедшему человеку, а ведь он так хотел найти в храме поддержку. И человек уходит. Это печальная правда, которую нельзя скрывать. Это и наша вина в том числе: и духовенства, и прихожан, просто людей, именующих себя православными.

- Батюшка, давайте вернёмся к началу нашего разговора. Почему же всё-таки секта – это зло, это путь в погибель?

- Это пустышка, которую человек по неведению принимает за истину. Он тянется к этой истине, к этому хлебу жизни, но вместо хлеба получает газету. Но он уже уверился, что это не просто газета, а нечто большее. Он ест эту газету и уверяет сам себя, а затем и окружающих, что это вкусно, полезно, живительно. И кроме того, для человека, попавшего в тоталитарную секту, возникает реальная опасность потери свободы, здоровья, денежных сбережений, жилплощади, а иногда и жизни. Я подчёркиваю, речь идёт о так называемых тоталитарных сектах. Давайте будем честны, в христианских общинах, например, евангельских христиан-баптистов сегодня нет обязательных денежных поборов. И их проповедники не получают огромные деньги за уличные проповеди. А в тоталитарных культах подобное практикуются и ещё как. Попадая в тоталитарную секту, человек попадает в огромную зависимость, психологическую, духовную, материальную. И выйти из такой секты очень тяжело, почти невозможно. Вплоть до физической расправы над «предателями» секты. Тут на смену бомбардировке любовью приходит бомбардировка ненавистью. И даже не угроза физической расправы довлеет над человеком. Тут страшнее. Ему внушают, что он станет потерян для Бога, если только подумает покинуть секту. Мне неоднократно приходилось общаться с такими людьми, которые уходили из секты, если бы вы только знали, каких трудов, каких нечеловеческих усилий им это стоило.

- В нашей сегодняшней беседе мы говорили о том, почему секта – это плохо. Но вот, что делать, если ты уже в секте, если в секте оказались твои родные или близкие тебе люди? Об этом мы поговорим в нашей следующей беседе.

- С огромным удовольствием.